БОЛЬШЕ РОССИИ, МЕНЬШЕ США. В КИТАЕ НАЧАЛАСЬ ЭПОХА СИ ЦЗИНЬПИНА


Си Цзиньпин прочно сосредоточил в своих руках контроль над партийной, государственной и военной властью перед лицом серьезных внутренних и международных вызов, стоящих перед страной, – таков главный итог XIX съезда КПК




В Китае, стоящем перед лицом болезненных внутренних реформ, замедления темпов экономического роста, необходимости смены самой модели экономического развития, причем в условиях нестабильной ситуации в мире в целом, и в частности, откровенной враждебности со стороны США, начинается эпоха Си Цзиньпина.

Это показали завершившийся накануне XIX съезд КПК и результаты состоявшегося сегодня первого пленума ЦК КПК 19-го созыва. Из главы коллективного руководства, кем являлся ранее Си Цзиньпин, он превратился в лидера калибра Мао Цзэдуна и Дэн Сяопина вместо того, чтобы по измененной им партийной традиции уже начать подумывать об уходе на покой.  

Съезды КПК, несмотря на озвучивание на них программ развития страны на годы вперед, это, прежде всего, арена борьбы за власть. Ее исход демонстрирует и подтверждает первый же после съезда пленум ЦК, на котором выбирается Политбюро и его внутренняя управляющая группа - Постоянный комитет (ПК). Оба события уже произошли. Итак, что же мы имеем?


В Китае появился новый кормчий

Детальный анализ происшедших в Китае событий, черту под которыми подвел сегодняшний пленум, конечно, еще впереди. Но основные, сразу бросающиеся в глаза вещи можно назвать уже сейчас. Си Цзиньпин прочно сосредоточил в своих руках партийную, государственную и военную власть. Его переизбрали, как и ожидалось, генеральным секретарем ЦК КПК. Центральный комитет избрал Си Цзиньпина, занимающего также пост главы государства – председателя КНР, председателем Военного совета ЦК КПК. Этот орган руководит Народно-освободительной армией Китая (НОАК), осуществляя свои функции параллельно с государственным органом по управлению вооруженными силами - Центральным военным советом (ЦВС) КНР. Таким образом, у Си Цзиньпина – двойной контроль над вооруженными силами.

Политбюро ЦК КПК состоит теперь из 25 человек, среди которых всего одна женщина. Его руководящей частью является Постоянный комитет (ПК). Последний состоит из семи человек, прежде всего, самого Си Цзиньпина и премьера Госсовета Ли Кэцяна. Но очень многое говорят и фигуры пяти остальных его членов, все из которых – вновь избранные. Глядя на них, становится понятно, что Си Цзиньпин, делающий ставку на развитие отношений стратегического сотрудничества с Россией, мощно укрепил свои позиции в ПК и Политбюро ЦК КПК.


Надежные соратники

Прежде всего, в ПК вошел абсолютно преданный Си человек - главный в Китае идеолог стратегического союза с Россией Ли Чжаньшу, занимавший в течение семи лет пост губернатора в приграничной с Россией провинцией Хэйлуцзян. Он не только является главой Секретариата ЦК КПК, но и руководит Комитетом государственной безопасности КНР – созданным в 2004 году близким аналогом Совбеза в России. Ли сопровождает Си практически во всех зарубежных поездках и считается главным архитектором внешней политики, которую считает правильной группа Си Цзиньпина. Суть ее состоит в ограничении американского вектора за счет расширения российского. В мае этого года Ли Чжаньшу приезжал в Россию по приглашению руководителя кремлевской администрации Антона Вайно. На встрече с ним Владимир Путин назвал уровень отношений России и Китая "беспрецедентно высоким".


 

До того, как это произошло, информированные наблюдатели ставили вопрос так: если Ли Чжаньшу окажется новым членом ПК, значит, Си Цзиньпин сможет отныне полностью контролировать формирование всех партийных органов. Выходит, сможет. 

Тем более, что Си сможет опереться в ПК не только на главу КГБ. Другим членом этой могущественной структуры стал вице-премьер Госсовета Ван Ян, награжденный недавно российским Орденом Дружбы "за большой вклад в укрепление отношений между Россией и Китаем". Комментарии, как говорится, излишни. Мало того, ему составил компанию заведующий Организационным отделом ЦК КПК Чжао Лэцзи, в верности которого Си Цзиньпин также уверен полностью: оба политика родом из провинции Шэнси и обязаны друг другу политической карьерой… 

В силу многоликости Китая, неравномерности развития его регионов … и существования в партии различных группировок по интересам "монолитные" Политбюро и ПК в Китае невозможны. Поэтому в число членов последнего вошел, в частности, глава парткома Шанхая Хань Чжэн. Более ориентированные на Запад "шанхайцы" остаются мощной силой, которую нельзя игнорировать, поэтому лучше иметь под рукой кого-то из них, особенно далеко не самого влиятельного. 

Все это произошло после того, как делегаты ХIХ съезда КПК утвердили поправки к уставу партии, важнейшей из которых стало внесение в него имени Си Цзиньпина. Это поставило его в один ряд с Мао Цзэдуном и Дэн Сяопином. Причем минимум на второе место, поскольку только Си и Мао оказались удостоенными этой чести при жизни. 

Все это дало повод обозревателям говорить о завершении в Китае "эпохи старых правил и системы коллективного руководства", "синцзиньпинизации" партии и страны, о начале нового этапа развития Китая. В стране появился "хозяин", который – хотя и должен учитывать мнение остальных, что совсем неплохо и правильно – контролирует командные высоты, и он уже вполне стал новым "кормчим", который будет продолжать укреплять свою власть. Причем, вероятно, не на пять, как диктовала традиция, а на целых десять лет. 


Почему это правильно и безальтернативно?

Суть происходящих в Китае перемен объясняется, прежде всего, не личностными факторами и банальной борьбой за власть. Иначе партийная верхушка не позволила бы Си Цзиньпину сосредоточить в своих руках столь необъятную власть. Ему просто не удалось бы в рамках существовавшей и неплохо работавшей в Китае системы "сдержек и противовесов" убедить партийный актив в необходимости этого.

 

Главная экономическая проблема, стоящая перед Китаем, - исчерпание потенциала того типа экономического развития, благодаря которому в последние 40 лет с таким успехом развивалась страна. Роль Китая в качестве "чернорабочего" Запада подходит к концу. Для этого созрели другие, менее развитые страны. Китай, став по объему реальной экономики первым в мире, достиг такой степени развития, что уже способен бросить вызов самым экономически развитым странам мира: производить не ширпотреб, а конкурентоспособные товары с высокой добавленной стоимостью. Китай стал экономическим конкурентом Европы и США, которые, подумывая о реиндустриализации, видят в нем при президенте Трампе серьезную угрозу. Любой кризис крайне нездоровой мировой экономики, который может случиться внезапно, грозит похоронить Китай под грудой произведенных на продажу товаров. Для китайцев настало время подумать о собственном потреблении, заняться ущербной экологией, активно приступить к выравниванию образовавшихся перекосов между городом и деревней, богатыми и бедными регионами, улучшить социальную сферу, полностью искоренить бедность. Важнейшей задачей становится не обеспечение благодаря экспорту занебесных темпов экономического роста, а повышение эффективности производства, постепенная переориентация его значительной части на собственные нужды. Для чего придется осуществить болезненные реформы в промышленности и госсекторе, миллионы людей и увольнять, и заново учить. И, самое главное, продолжать решительно бороться с коррупцией, чтобы она – по примеру СССР – не уничтожила страну, развратив и разложив вначале ее элиту.  

Все эти властно вставшие на повестку дня задачи и поставил завершившийся партийный съезд. Они, повторим, очевидны: еще более решительная борьба с коррупцией, железная дисциплина в партии, сбалансированное развитие, снижение неравенства становятся важнее темпов роста экономики. Речи об удвоении ВВП вдвое с 2010 по 2020 год уже не идет – Китай стал слишком развитой страной, чтобы такое было возможно. Вместо этого требуется обезопасить себя от социальных катаклизмом и неопределенностей мировой экономики, противостоя США и используя Россию в качестве своего стратегического тыла и перспективного экономического партнера. 


Иного не дано 

Для управления КНР в столь непростых условиях и требуется единоначалие, развитие особых отношений с Россией, курс на евразийскую интеграцию, реализация проекта "Один пояс – один путь". Это и будет составлять содержание эпохи Си Цзиньпина. Китай будет поворачиваться спиной к США и все больше открываться России, обращаясь при этом к самому себе. Другого магистрального пути дальнейшего развития страны просто не существует. Альянса России с Китаем никому и никогда не одолеть.